КАК Я ЕГО НЕНАВИЖУ!..

Это история о том, чего так и не узнала от меня пациентка...

Все начиналось как обычно. Я вел консультативный прием, и ничто не предвещало какой-либо неожиданности. За последние 12 лет частной практики в моем кабинете побывало более десяти тысяч пациентов с разными проблемами, и удивить меня постановкой вопроса, пусть даже на первый взгляд весьма необычного, со временем становится все более сложно. По крайней мере, я так думал, так считал и это уже знал. На подобном знании, пожалуй, и основывается эта уверенность в общении со всеми, кто появляется перед твоим взором с надеждой на помощь.

– К вам пациентка с невротическими проблемами, записалась на прием три дня назад с жалобами на постоянную раздражительность и плохой сон, больше информации о себе не сообщила, – по-деловому выпалила на одном дыхании моя администратор.

– Пусть войдет, – одобрительно сказал я обычным голосом. Моя помощница понятливо кивнула и вышла в приемную. Я бросил взгляд на игрушечную большую ворону, сидящую многие годы напротив меня в левом углу большого кабинета и улыбнулся. Кто-то из сотрудников «скосил» ей глаза, которые одновременно комично смотрели в разные стороны. Обычно посетитель, только выходя из кабинета, с умилением замечал ее – моего важного ассистента.

Она вошла в кабинет, нервно и в то же время неторопливо закрывая за собой одну, а затем вторую дверь (двойная дверь в таком месте – важный атрибут конфиденциальности). Неуверенность и растерянность сквозили во всем ее облике. Будучи напряжена как струна, она, с трудом удерживаясь на ногах, грузно опустила себя в кресло напротив меня. Передо мной была женщина чуть более сорока лет. Обычно, когда человек садится в кресло, оставаясь в головном уборе, это психоаналитически означает, что он до конца не намерен раскрывать свои мысли. Но здесь дело было совершенно в другом. Космы запутанных тусклых волос предательски выглядывали из-под ее вязаной шапочки. Полная заброшенность и давнее отсутствие ухоженности. И здесь, еще секунду назад застывшее маскообразное лицо вдруг сильно исказилось в гримасе, выражающей боль...

– Как же я его не-наа-вии-жууу!!! – вырвался душераздирающий крик где-то из недр ее души, а затем обильно потекли слезы. Вот и грянул гром, и полил ливень, подумал я.

– Кого? – спокойно спросил я.

– Да мужа – мужа своего! – она не сразу заметила салфетку, лежащую перед ее глазами, и продолжала руками размазывать слезы по лицу. Обычно человек, идя на прием к психотерапевту, почему-то всегда думает, что плакать он там не будет, и всегда оказывается неподготовленным к появлению своих слез. И это относится как к мужчинам, так и к женщинам. Да, подумал я, вот еще один банальный случай, когда муж оставил свою жену, ушел к другой и сейчас, небось, тупо отрешившись от каких-либо угрызений совести и ответственности, пытается строить уютное новое гнездышко.

– Ушел? – уточнил я.

Она мелко и часто закивала головой, и новая порция слез полилась наружу. Пока я наблюдал за всем этим, в моей голове начинала прорисовываться тактика дальнейшего своего хода в знакомой ситуации.

– Давно? – продолжал я, уже наперед предугадывая ответ.

– Через месяц будет год, – слезы шли на убыль, ее голос постепенно начинал выравниваться, изредка прерываясь судорожными всхлипываниями, – Он оставил меня и нашу уже взрослую дочь ни с чем... Он всегда думал только о себе... Ненавижу, – тихо сказала она.

Мы познакомились. Она представилась Валей, а того, кого она ненавидела, звали Николаем. Прожили они вместе ровно 20 лет в полной любви и согласии. Сначала они работали вместе. Затем у него «начало получаться», пошел свой бизнес. Вскоре она оставила работу. Семья ни в чем не испытывала нужды, материальное состояние росло. Все было хорошо вплоть до того злополучного дня, когда он неожиданно ушел...

– Расскажите, Валя, как он уходил? – задал я еще один уточняющий вопрос, не надеясь, честно сказать, услышать что-то новое для себя.

– Это было утром, – начала она, – все было как всегда, я его покормила, он собрался, оделся, поцеловал меня, взялся за ручку входной двери, а потом... потом как-то застыл на миг... вздрогнул... стал медленно-медленно поворачиваться в мою сторону... я еще заметила: бледный он стал как стенка... а затем – как рухнул передо мной... и все закончилось в моей жизни...

То, что я услышал, было неожиданным для меня. Но собой я быстро овладел, ни один мускул мой не дрогнул, а взгляд оставался спокойно-сосредоточенным. Я в считанные секунды перестраивался в нужном направлении, продолжая слушать эту жуткую историю. И поведала Валя мне следующее.

После того, как муж упал перед ее глазами, испытала она страшный испуг. Запомнила она, как сердце ее очень часто начало стучать в горле и почему-то в такт стучало еще и в висках. Она вошла в паническое состояние: долго трясла мужа, что-то кричала, пыталась куда-то звонить, стучала кулаками в дверь соседям. Потом эти люди, много людей, которым почему-то от нее что-то было нужно... Помнит, как они хватали ее за руки, не пускали к нему – ее мужу... Они кольцом стали над ним и никого к нему не подпускали... Потом появились эти белые халаты... Как появились, так и исчезли куда-то... А потом опять белые халаты... Они что-то ему делали, лежащему на полу ее мужу... А потом все выпрямились, повернули на нее свои головы, и бросились на нее... Им тоже от нее было что-то нужно... И запомнился ей еще этот страшный сплошной гул как под высоковольтной линией...

А происходило вот что. Пока Валентина пребывала в паническом расстройстве, соседи вызвали скорую помощь. Ждали очень долго, пока она наконец-то объявилась. Но приехала фельдшерская бригада, которая затем вызвала на себя другую бригаду – врачебную, которую тоже ждали... Прибывшая врачебная бригада, по сути, только констатировала смерть ее мужа от острой сердечно-сосудистой недостаточности. Затем некий «доброжелатель» в белом халате шепнул ей на ухо, что мужа можно было спасти, если бы раньше оказали помощь. Потом Валентина безуспешно пыталась «восстановить справедливость», ударяясь лбом в закрытые двери различных чиновников, пока не растеряла все свои запасы энергии. А в итоге остался один виновный – муж ее Николай. Это ее утверждение звучало вопреки всякой здравой логике. «Так в чем же он все–таки виноват перед вами? Может быть, вы что–то не договариваете?», – спрашивал я неоднократно Валентину и неизменно получал от нее один и тот же ответ: «Мне нечего скрывать. Виноват он в том, что бросил нас...».

Валя получила необходимую помощь в нашем кабинете. Не обошлось без назначения соответствующей медикаментозной терапии, было проведено 10 специальных, так называемых наркопсихотерапевтических сеансов с закисью азота и кислородом, в ходе которых мною были даны соответствующие гипнотические внушения, направленные на адаптацию ее к жизни. И ушла Валя от нас в жизнь другим человеком.

А теперь об очень важном и главном. В чем соль то? Чего же именно не узнала от меня пациентка, уйдя в жизнь другим человеком?

А не узнала она от меня три вещи:

• Она была отчасти права, когда утверждала о том, что муж бросил ее. Судите сами. Ее муж успешно справлялся со своими обязанностями кормильца семьи, но вся проблема заключалась в том, что он «замкнул» на себе все финансовые вопросы обеспечения материального благополучия семьи. Семья находилась длительное время в полной зависимости от него самого. Он долгие годы приручал семью к этому, он не просчитывал возможные будущие события, «он не был в ответе за тех, кого приручил», вопреки знаменитому высказыванию Антуана де Сент-Экзюпери.
• «Доброжелатель» в белом халате, скорее всего, сказал Валентине правду о том, что Николая можно было спасти, если бы помощь подоспела вовремя. Но все и всегда при этом имеют в виду спасителя в белом халате, который мчится к ним в своей карете. Те несколько человек, которые молчаливо стали свидетелями того, как уходил из тела Николая его жизненный дух, уж и ждать устали, дожидаясь этого спасителя. Они сожгли в бездействии бесценные последние минуты жизни человека, который был не в состоянии попросить помощи. Никому и в голову не пришло спасти умирающего! Что? Они не могли? Они не знали как? А кто мешал им это знать раньше? А ведь алгоритм оказания помощи в подобных случаях прост как дважды два. Да возьми же и узнай об этом немедленно! Да не просто узнай, а овладей этим! И пусть Бог убережет тебя от необходимости когда-либо применять эти знания в жизни!
• Валентина на произошедшую в ее жизни психотравмирующую ситуацию отреагировала так вполне закономерно, но отнюдь не случайно. Мало того, что именно она в первую очередь не спасла своего родного мужа (см. п.2), так еще после этого поплыла по течению в сторону полного самоуничтожения. Что я имею в виду? Она еще в детстве была чрезмерно чувствительным, нерешительным и всего остерегающимся ребенком. И всю жизнь она таковой оставалась вплоть до того злополучного дня, который ее выбил напрочь из жизненной колеи. Валентина призналась мне в том, что давно «знала», что в ее жизни все так плохо закончится... А все от чего? Да от того, что жила она в своем материальном благополучии, руководствуясь «концепцией недостаточности», понятия не имея о том, что существует еще «концепция изобилия». Она не знала, что такое позитивное мышление...

Почему не узнала об этих трех вещах Валентина? Конечно же, не потому, что я забыл ей об этом сказать. Это было мое осознанное и продуманное решение, которое я выставляю на суд читателей этой печальной истории.

Александр Москаленко
врач-психотерапевт
частный психотерапевтический кабинет
Украина, г. Кривой Рог

Для перехода к началу статьи, жмите: сюда